Более полугода прошло с момента крушения вертолета «Robinson-R66», в котором находился Анатолий Банных и другие пассажиры, над Телецким озером. Было обнаружено тело лишь одной пассажирки, остальные, как предполагается, остались на дне озера. В мае этого года все находившиеся на борту вертолета были официально признаны погибшими. Согласно законодательству Российской Федерации, через шесть месяцев после смерти человека его наследники получают свидетельство о вступлении в наследство, однако в случае с Анатолием Банных не всё так просто. Ведь юридически на него не было оформлено никаких активов. С 2014 года доли в предприятиях, которыми владел Анатолий Банных были переоформлены им на приближенных к нему лиц, в числе которых его сын Максим, брат Сергей Розбах, друзья Сергей Портнягин, Андрей Голяшкин.

Часть долей предприятий, которые фактически контролировал Банных, была оформлена на связанных с ним лиц изначально. При подобных обстоятельствах раздел имущества покойного становится делом особой сложности и сопровождается необычными происшествиями. Например, 10 июля этого года Сергей Портнягин, партнер и совладелец ряда предприятий Сергея Розбаха, подал в полицию заявление о пропаже своего партнера. Якобы они ехали вместе вдвоем, и в лесу у дороги в окрестностях Благовещенского района Алтайского края он его потерял, при этом Портнягин подозревал, что его партнер был похищен неизвестными лицами. Однако через три дня Сергей Розбах сам опроверг эту информацию, заявив, что никуда он не пропадал, а благополучно отдыхал в Кош-Агачском районе Республики Алтай. По поводу имущества Банных в интервью «Регнуму» Розбах заявил следующее: «После гибели брата его активами управляет сын Максим… …Все будет так, как было при нем. Мама об этом попросила, и я считаю, что это правильно. Ничего продавать не собираемся. Как при его жизни все было налажено и работало, так и будет работать». И действительно, по коммерческой части все осталось как было.

Охватить весь объем бизнес-империи господина Банных в рамках данной публикации не представляется возможным, поэтому осветим только ту часть его хозяйственной деятельности, что связана с Республикой Алтай. В нашем регионе его интересы были связаны с оказанием услуг по организации отдыха богатым клиентам и высокопоставленным чиновникам, в том числе охоты.

Как мы уже не раз описывали ранее, охотугодья Анатолия Банных включали себя обширные территории в Усть-Коксинском и Кош-Агачском районах. Оформлены они на две компании – ООО «Юнгур-Тур» и ООО «Сапсан». Упомянутый выше Сергей Портнягин владеет в первом предприятии половиной, а во втором – всеми долями. Совладельцем «Юнгур-тура» является Александр Целько, бывший начальник Западно-Сибирской железной дороги, часть долей оформлена на него лично, а часть – на подконтрольного ему Андрея Гросуля, директором компании является Целько-младший, а заместителем директора – Александр Михайлов, являющийся сыном заместителя председателя республиканского охоткомитета Юрия Михайлова, он же и осуществляет фактическое руководство предприятием. Коммерческую деятельность по организации охот на угодьях как «Юнгур-тура», так и «Сапсана» осуществляет фирма «Алтай-Хантинг», директором которой является Любовь Самаева, а владельцем числится Виктор Киндт. Господин Киндт является директором компании «Алтай Виладж», 100 процентами которой владеет фирма «Барнаульская сетевая компания» (БСК) Портнягина и Розбаха. «Алтай Виладжу» принадлежит роскошный отель на берегу Телецкого озера, на мысе Самыш. Именно оттуда вылетел Анатолий Банных в свой последний полет над Телецким озером. На сайте «Алтай-Хантинга» предлагается отдых в вышеозначенном отеле «Алтай Виладж» и гостинце «Ареда» в Чемальском районе, принадлежащей Дмитрию Голяшкину, брату Андрея Голяшкина, также упомянутого как партнер Анатолия Банных.

Что интересно, упавший в озеро вертолет был оформлен на общественную организацию «Аэроклуб Алтай Авиа», участником которой является Киндт, а также нынешний директор национального парка «Сайлюгемский» Сергей Пищулин, эта организация после авиакатастрофы находится в стадии ликвидации. Пищулин же ранее был директором компании «Алтай Авиа», принадлежащей «Барнаульской сетевой компании», этому предприятию принадлежит вертолетная площадка и ангары в урочище Карасук Чемальского района недалеко от комплекса гостиницы «Турсиб», структурного подразделения Западно-Сибирской железной дороги филиала ОАО «РЖД».

Как мы видим, по каким-то причинам охотничий бизнес в начале был тесно связан с железнодорожниками. Указанный выше Целько – один из железнодорожных начальников, вертолетная площадка Толибана находится возле базы отдыха железнодорожников, мало того, на пути к охотугодьям в урочище Юнгур находится база «Юнгур», принадлежность которой приписывают Искандару Махмудову, президенту «Уральской горно-металлургической компании», тесно связанной с железной дорогой.

Таким образом, после смерти Анатолия Банных менеджмент его охотничьего бизнеса не сменился, и теперь обслуживает интересы другой группы лиц. После авиакатастрофы 2009 года, когда во время браконьерской охоты на горных баранов аргали упал вертолет Ми-117 и погибли несколько людей, в том числе и руководитель республиканского охоткомитета Виктор Каймин, которому и приписали затем организацию этой охоты, произошли изменения в структуре охотничьего хозяйства, обслуживавшего ВИПов. Мы говорим сейчас о фирме «Агуна», которая была зарегистрирована в 2001 году, а затем после авиакатастрофы закрыта в 2010 году. Владельцем ее контрольного пакета был новосибирец Дмитрий Микитченко, владелец турфирмы «Скатт», тоже ликвидированной, в Республике Алтай он остается владельцем туркомплекса «Катанда» и Усть-Коксинского аэропорта, но от охотничьего бизнеса отошел. Может быть, теперь наступает время и наследникам Толибана отойти от этого черного бизнеса?

Пока же все идет по-старому. Сотрудники Антикоррупционного комитета позвонили в компанию «Алтай-Хантинг» и под видом потенциального клиента расспросили о условиях охоты, вот что им поведали сотрудники «Алтай-Хантинга»:

«Без вертолета уже невозможно добраться до этих мест… Там трудные горные условия, высота около двух тысяч и выше… Можем предложить козерога и марала, а медведь – это если посчастливится… У нас там металлический вагончик на четыре места с железной печкой, сейчас там установлен шатер для кухни, стоит ангар надувной, в нем люди кушают. Там есть небольшая банька… На карте маршрута охоты у нас нет. Урочище Юнгур (заповедная зона нацпарка “Сайлюгемский» - прим.авт.), и в этом урочище у нас стоит лагерь, и второй лагерь у нас стоит в урочище Теты-Кёль. На двух этих лагерях проводится охота. Утром они выходят, например, направо, и пошли дальше и дальше. Этот маршрут у нас не расписывается. Маршрут только до базового лагеря».

Базовые лагеря «Алтай-Хантинга» находятся на границе территории, закрепленной за «Юнгур-туром» и вблизи территорий Шавлинского заказника и национального парка «Сайлюгемский». Наличие охотугодий «Юнгур-тура» в Кош-Агачском районе является лишь ширмой для организации охот на землях особо охраняемых природных территорий, потому что на землях «Юнгур-тура» трофейных животных практически нет. В региональном правительстве знали об этом и усилиями покойного Юрия Антарадонова и нынешнего депутат Госсобрания Василия Манышева 21 марта 2013 года Правительство Республики Алтай приняло постановление № 78, подписав которое глава республики Александр Бердников утвердил Схему развития и размещения особо охраняемых природных территорий в Республике Алтай на период до 2020 года. Согласно этому документу, территория охотугодий «Юнгур-тура» должна отойти Государственному природному биологическому заказнику регионального значения «Шавлинский». После расторжения охотхозяйственного соглашения с «Юнгур-Туром» и ликвидации маленького участка охотугодий закроется лазейка для преступников, которые под видом законопослушных охотников занимаются браконьерской охотой на территории Шавлинского заказника и нацпарка «Сайлюгемский».

Константин Козлов

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (5 голосов)