Мне выпала в жизни пара сотен перелетов, но самый счастливый из них
случился в начале 90-х. Я был худеньким, юным, застенчивым и очень умным
с виду очкариком, летевшим по маршруту Питер-Владик с промежуточной
посадкой в Иркутске, так впрочем и не состоявшейся той ночью. Мои очки
советского производства приводили в ужас меня самого, но на другие денег
не было. Естественно, от всего этого у меня была куча комплексов,
вкратце выражавшихся одной фразой –
«Нафиг я кому такой нужен!» Я еще не знал, что вскоре выйду наружу из этого ужаса всего за три шага
- перестану бояться симпатичных девушек, научусь зарабатывать и куплю
контактные линзы. Эти шаги казались мне тогда чрезвычайно мудреными, но
оказались гораздо проще и приятнее решавшихся тогда мною задач
оптимизации многомерных энергетических поверхностей из области квантовой
химии. Для первого из этих шагов хватило всего одной ночи – той самой.

По какому-то недоразумению я попал на блатной широкий ряд возле
аварийного выхода и поэтому взлетал, блаженно вытянув ноги.
Моей случайной соседкой по креслу оказалась симпатичнейшая девушка моего
же юного возраста, в мини-юбке и с ножками такой длины, что даже в этом
просторном ряду ей приходилось их постоянно перегруппировывать. Я робко
спрятался за толстый журнал, но голову мою постоянно разворачивало
налево вниз и вдоль, будто мощным магнитом.

Первый час полета мой ошарашенный мегамозг успешно отмазывался
причинами, по которым мне не стоит с ней знакомиться.
Она постоянно трепалась со своей подружкой у окна, и вставить хоть слово
было трудно. Через час стало легче – уже смешно было лезть со своим
знакомством после такой грандиозной застенчивой паузы.

Но наконец она наговорилась с подружкой, сняла туфли и утонула глубоко в
кресле, отчего её смуглые бесконечные ножки совсем согнулись. Тогда она
легла на свое сиденье практически спиной и в упоре лёжа отправилась с
наслаждением в неторопливое босое путешествие вверх по переборке. Когда
её узкие ступни забрели в крайнюю верхнюю позицию, наконец было найдено
комфортное положение, в котором её мини-юбка стала почти нано-юбкой.
Замерев в этой привлекательной позиции, девушка принялась бросать
скучающие взгляды по сторонам. Её голые ножки зависли практически над
моим толстым журналом. Я понял, что для дальнейших пряток мне скоро
понадобится второй.

В моей голове начали со страшной скоростью крутиться десятки возможных
дебютов знакомств. Я поочередно отмел их все из-за их полного идиотизма.

Наконец я дошел до того, что в тщетных попытках найти повод
познакомиться придумал внезапно первый в своей жизни анекдот.
Он был настолько в тему, что я от неожиданности рассмеялся.
Анекдот этот простой, я уверен, что его придумали до меня и придумают
после меня сотни таких же унылых чудиков.
Но я его придумал самостоятельно и засмеялся искренне.

С этого дурацкого беспричинного смеха и начался полный экшн.
Симпатичная соседка поправила свою мини-юбку и оглянулась на меня с
веселым недоумением. Я сказал смущенно – «Прости, анекдот придумал.
Хочешь расскажу?» - «Да» - улыбнулась она и добавила -
«Только через меня перегнись, чтобы подружке было тоже слышно».
Офонарев, я повиновался. Обе девушки близко склонили ко мне свои
золотистые головы, слегка касаясь волосами в шуме двигателя.
Я чуть не проглотил от этого весь свой анекдот, но всё-таки его
рассказал: «Летит в самолете застенчивый такой очкарик рядом с
симпатичной девушкой и очень хочет с ней познакомиться.
Но его бросает то в жар, то в холод, и никак повода не найдет.
Уже к концу полета он собирается наконец с духом и смущенно спрашивает
девушку – простите пожалуйста, вы тоже летите этим самолетом?»

Девушки расхохотались, и мы разговорились. У них нашлась бутылка
коньяка, у меня хорошая закуска. На смех и запах коньяка подтянулась их
третья подружка, сидевшая оказывается сзади. Я галантно уступил ей место
и весело сел на корточки напротив, упершись спиной в переборку. Сделал я
это спонтанно и без всякой задней мысли, но не учел одного – с обеих
сторон теперь ко мне плотно прижимались девичьи коленки, а прямо перед
глазами колыхались всякие прелести в необычном для меня ракурсе и
количестве. Сидеть на корточках было неудобно, но сесть на пол я не
осмеливался – ракурс стал бы уже совсем неприличным. Живо вспоминалась
сцена из фильма
«В джазе только девушки», когда к пареньку по имени Дафни лезет в койку
куча полуодетых девушек.

В отличие от фильма, эти девушки прекрасно понимали, что происходит, и
словно взялись довести меня до эротического ступора. А может, им просто
по-женски было интересно, на которую из них я западу больше, и отчего
конкретно. Ко мне поочередно склонялись, нежно касались ненароком,
принимали всё более заманчивые позы и хохотали как ненормальные от
каждой моей шутки. Все три девушки оказались из института искусств – они
оказывается летали в Питер как победительницы какого-то конкурса
талантов. Для них конкурс явно продолжался по полной программе. Коньяк
постепенно кончился, и меня всё-таки прибило к полу. Девушкам было уже
пофиг, а мне очень хорошо.

И вдруг ожил громкоговоритель. Экипаж сообщил, что по метеоусловиям
иркутского аэропорта посадка будет произведена в Чите. Там нам
предстояло сидеть минимум шесть часов, пока не улучшатся погодные
условия в Иркутске.

Старый читинский аэропорт я знал наизусть по одной предыдущей посадке. Я
понял, что моих девушек ожидает жуткая мучительная ночь, скорее всего
верхом на батарее отопления.
Если повезет. У меня появился шанс сделать для них что-то хорошее –
занять нормальные места в зале. Перспектива оставить без места
старушек-пенсионерок меня абсолютно не беспокоила –
не было таковых на рейсах Питер-Владик в начале девяностых, А вот
любящих комфорт кабанов - предостаточно.

Сразу после посадки я оторвался от девушек, пробился в первые ряды
выходящих и ворвался первым в пустынное ночное здание аэропорта.
Ожидавших там пассажиров оказалось не так много, как в прошлый раз, но
меня было уже не остановить - сзади неслись остальные 180 с моего рейса.

Я быстро добежал до знакомой офисной стойки в самом конце читинского
аэропорта и зашвырнул за неё два кожаных дивана лицом друг к другу,
чтобы их высокие спинки окружили единое спальное ложе.
На офисной стойке я выстроил густой лес фикусов и кактусов, начисто
отгородив спальное место от скорбного внешнего мира.

Тут подтянулись мои девушки, тщетно оглядываясь по сторонам в поисках
свободных лежачих мест. Меня было нетрудно заметить - в этот момент я
согнувшись раком тащил по полу заключительный аккорд моей конструкции -
могучую кадку с каким-то разлапистым раскачивающимся высоким растением,
вероятно пальмой - точно не помню. Я намеревался запечатать ею вход за
стойку, чтобы никто не беспокоил сон девушек.

Показав им сооруженное ложе, я по-рыцарски распрощался –
в конце концов, место там было максимум на троих, и то если плотно.

Но тут случилось неожиданное – покачивающиеся девушки в один голос
заявили, что спать без меня там они категорически отказываются.
Кажется, я не особенно сопротивлялся. На пол полетели четыре пары
сандалий и туфель. Я лёг скромно, с краю. Рядом на некотором расстоянии
смущенно легла моя длинноногая соседка. Но её тут же впечатали в меня
обе её подружки так, что мы плотно соприкоснулись лоб ко лбу, нос к
носу, ну и так далее. Я не нашел ничего лучшего, как застенчиво зарыться
носом в её мочку уха, чтобы избежать невольного поцелуя.

Читатель ждёт здесь вероятно эротической картины бурной ночи и моего
грехопадения с тремя девушками сразу. Фигушки.
Коньяк ли тому виной или многочасовый перелет, но я быстро и
бесповоротно вырубился. А может, это был эротический обморок, которого
они так упорно добивались.

Так или иначе, проснулся я уже в ранних сумерках от непобедимой утренней
эрекции. Еще плохо соображая со сна, где нахожусь, я с изумлением
оглядывал склонившиеся надо мной фикусы и кактусы, пальмообразное
раскидистое дерево, а также лежащие на мне девичьи руки и ноги. Моя
собственная правая рука уютно покоилась вдоль всех них. В щеку мне
упирался курносый нос и полураскрытые во сне губы.

Я офигевший лежал неподвижно и боялся вспугнуть это волшебное мгновение.
Что-то подсказывало мне, что в одной постели с тремя девушками я проведу
ночь следующий раз еще очень нескоро.

Наконец над грудой их тел воздвиглась кудрявая золотая взлохмаченная
голова третьей слева подружки.
Она с не меньшим изумлением воззрилась на окружавшую её
густую тропическую растительность, а также на мою руку, покоившуюся на
ней значительно выше талии.

«Ну ни фига себе!» - сонно промолвила девушка – «Мы ГДЕ??!!»

«Где-где. В Чите!» - удачно в рифму ответил я.

Она поморгала еще пару секунд и вымолвила:
«А! Чего ты уснул так быстро? Ты теперь наш новый парень!»

Уже многие годы спустя я понял, почему она потом так расхохоталась,
глянув на меня после своей коронной фразы. Я увидел физиономии
разыгранных парней в шоу "Голые и смешные"...