Так вот она, ваша победа!
                                Александр Галич

И было так: четыре года
В грязи, в крови, в огне пальбы
Рабы сражались за свободу,
Не зная, что они - рабы.

      Александр Кушнер родился 1936 в Ленинграде. Окончил Ленинградский пединститут и десять лет преподавал русский язык и литературу в школе. Медленно, но верно вырастал в крупного поэта, не за счет придуманной мелкими критиками крупности тем и метафорической мегаломании, а благодаря скрупулезной неспешливой погруженности в интерьеры мира и самого себя. Постепенно у Кушнера выработался свой стиль - несколько педантичная, подчеркнуто разумная интонация со склонностью к легкой дидактике и даже замена "я" на мягкое ироническое "мы" в самых интимных случаях, что как бы подразумевает тайную королевскую сущность каждого человеческого существа. Не написав ни одной поэмы, практически стал автором огромной поэмы о своем любовном романе с Ленинградом, в которую соединились все его стихи. Раскрылся как своеобразный тонкий эссеист, написав ряд работ, из которых выделяется статья о Фете.

 Е.Евтушенко.

Как говорил один поэт, большой любитель позитива, — у нас в России правды нет, но топонимика правдива. Заглянем истине в глаза: сюжет поистине улетный, что на Поклонной — те, кто за, а те, кто против, — на Болотной. Никто ни в чем не виноват — у нас всегда выходит чудо «из тьмы лесов, из топи блат». А вы хотели бы откуда? У нас и в прежние года преобладала отчего-то не слишком чистая вода, а нынче полное болото. Но знает каждый идиот, знакомый с дарвиновской сказкой, что жизнь выходит из болот — стихии бурной, хоть и вязкой. Другой среды в столице нет (да и в окрестностях не очень): родной пейзаж за десять лет был капитально заболочен, и если вдуматься — не жаль. Чего бы мы ни изрекали — болотная горизонталь сильнее всякой вертикали. Недаром бледен цвет ланит и жидок вид родимой плоти: наш государственный гранит стоит опять же на болоте, покорном, зверском и святом, живущем рабски, но свободно… И «Медный всадник» был о том, и «Петербург», и что угодно. Грозить болоту — курам смех: нетленна эта парадигма. Болото переварит всех, само ж оно непобедимо. Тростник, камыш, осока, сныть, неиссякаемая слякоть, — нельзя в нем плыть, но можно жить; в нем трудно петь, но можно квакать! Потенциал его велик, хотя невидим для кого-то, и я, как истинный кулик, хвалю родимое болото; пускай соседей большинство боится мглы его дремотной, — зато уж выход из него я вижу только на Болотной.

Стихотворение князя Петра Андреевича Вяземского написано в 1828 году. Мы печатаем в 2012 - с комментарием М. Каратунова: "Прошло без малого 100 лет , а это стихотворение все еще актуально.